- Они за революцию, за молодежь! - оттолкнул его Кузьма и обернулся к Степану: - Ты послушай.

- Слыхали! - сплюнул Степан. - Единым путем, говоришь, гимназер?

- Единым! - подхватил Женька. - Забыв прежние распри и разногласия. Рука об руку!

- Под ручку, значит... - подытожил Степан. - И куда идти?

- Не понимаю вопроса, - пожал плечами Женька.

- Идти куда нам, спрашиваю! - повысил голос Степан. - Путем этим твоим?

- А-а! - обрадовался Женька. - В светлое завтра России! Мы встретим его во всеоружии. Создадим свои цеха культуры. Будем коллективно посещать театры, выставки, организуем здоровые игры...

- Будут сейчас тебе игры! - пообещал Санька и опять было сунулся вперед, но Степан оттер его плечом и спросил:

- У тебя батя кто, гимназер?

- У меня? - удивился Женька. - Врач. А какое это имеет значение?

- Доктор, значит... - Степан упорно не желал изъясняться Женькиным высоким слогом. - Дышите, не дышите... Скажите: "а-а"... Платите деньги. А у него вот, у Саньки, отец без работы, мать с утра до ночи над чужим бельем спину гнет.

- Но какое отношение это имеет... - попытался возразить Женька, но Степан перебил его:

- Может, мне с тобой под ручку разгуливать? Я с тринадцати лет своим горбом хлеб зарабатываю! Ты кому пришел красивые слова говорить? Им?! - Он обернулся к очереди и увидел Глашу. Она только что подошла и остановилась рядом с тетей Катей и женщиной в темном платке.

Женщина погрозила Степану пальцем, он отмахнулся и крикнул:

- Иди сюда, Глафира!

Глаша нерешительно повела плечом, а тетя Катя поджала губы и заметила женщине в платке:

- Твой-то, поперечный... Раскомандовался!

Женщина в платке не ответила, только вздохнула, а тетя Катя сердито обернулась к Глаше:

- И не вздумай ходить.

Глаша перекинула косу за спину и пошла к лабазу.

Лицо у тети Кати покрылось пятнами, женщина в платке покачала головой и беззлобно сказала: