Ковалевич познакомился с Бакланом,когда тот был в подрывной комсомольской группе. Партизанским отрядом "Смерть фашизму", в который входила эта подрывная группа, командовал Ковалевич. Командиру отряда пришелся по душе молодой подрывник, его отвага и решительность.

Именно Ковалевич и назначил его командиром подрывников, од же поручился за комсомольца-подрывника, когда тот вступал в партию.

Месяца четыре тому назад Баклан стал председателем колхоза. Он в то время вернулся из Минска, с курсов, на которых проучился почти год. Ковалевич узнал об избрании Баклана на одном из областных совещаний от секретаря райкома. Тогда Ковалевич сказал, что лучшего председателя и желать нельзя,, потому что его партизан был, кроме всего прочего, хорошим организатором. И вот на тебе...

Ковалевич услышал, что в соседнюю комнату, звякнув щеколдой, кто-то вошел.

Двери между комнатами были затворены, и он не мог видеть вошедшего.

- Заждалась, должно быть, перепелочка? - услышал он голос Гаврильчика. - Нет? Ой, неправда, не поверю. Я ж ведь соскучился без тебя...

Арина незлобиво упрекнула:

- Молчи, постеснялся бы чужого человека, там же все слышно!

- Что там слышно, любушка ты моя?- чтоб потешиться над Арининой осторожно

стью, нарочито громко сказал Рыгор. Арина, невидимому, рукой закрыла ему рот.

Ковалевич, слушая все это, не мог сдержать улыбки.

Гаврильчик приоткрыл дверь в его комнату.

- Можно до вас?

- Заходи.

На молодом обветренном лице Гаврильчика выделялись добрые карие глаза, похожие на два спелых желудя. Он был одет в суконный пиджак, из-под которого виднелась вышитая рубашка; синие армейские штаны были заправлены в короткие, с широкими голенищами старые сапоги.