- Ну, послал людей за сеном, - сказал он с расстановкой. Видно было, что он чем-то озабочен.- Сегодня отправили семь подвод. Поехали далеко, в самое Теремогкое. Отсюда, видать, километров семь будет... Что это вы так рано поднялись, Иван Саввич?

Уголки строгих, резко очерченных губ гостя дрогнули в улыбке. Неужели перед ним тот самый хлопец, который только что дурачился с женой? Посерьезнел, нахмурился...

- Ты ж еще раньше встал, - ответил Иван Саввич.

- Раньше-то раньше. Да ведь мне нельзя спать, Иван Саввич, я на работе. У ме ня забот... Тут, кажется, - рад поспать бы еще часок, так мысли разные разбередят до времени. Подымают сами. Как говорят;

"День придет и заботу принесет". А вы гость, пташка вольная, приехали в отпуск, на отдых, погулять. Так гуляйте...

"Из моего отряда", - тепло подумал Ковалевич. Он вдруг заметил, что со вчерашнего дня он стал как-то особенно гордиться тем, что Гаврильчик партизан его отряда. Гаврильчпк был в подрывной группе Баклана. Он считался в отряде не плохим подрывником, хоть и не было в его действиях такой броской отваги, как у его командира. Он все делал тнхо, старательно [{ ничем не отличался от десятков других партизан...

Арина позвала завтракать. На пороге комнаты Ковалевич остановил Рыгора:

- Баклан еще не приехал?

По тому, как спросил об этом гость, Гаврильчик почувствовал, что тот ждет приезда Баклана с нетерпением.

- Нету пока, - смущенно ответил Рыгор, словно он был виноват в том, что Баклан не приехал.

После завтрака пошли в поле - посмотреть, как идет молотьба. Ковалевич приехал сюда не только для того, чтобы увидеться с Бакланом, - ему хотелось узнать, как живут другие его партизаны, как выглядят теперь места недавних боев.