Впрочем, не один бог виноват. Вы сами осел, Дрейк. Вы организовали порчу приборов, выписанных стариком Комаччо? Вы? Конечно, вы. А затем удивляетесь, что Комаччо не сидит на вилле с испорченными приборами, а отправляется куда-то гулять - в кабак! К черту! К дьяволу! Все равно куда, но в такое место, где его не может достать ваш хваленый луч смерти, выкрасть конденсатор к которому у Комаччо стоило моему агенту в прошлом году таких трудов. Как вы теперь будете действовать с Комаччо - я не знаю, а он с молодым учеником пойдет так, что его сам черт не догонит.

Дрейк перебил его:

- Вы думаете, что дело обстоит неважно? Напрасно. Неважно - это не то слово. Дело просто дрянь. Лучи смерти Шредера без конденсатора Комаччо - это детская игрушка, аппарат Шредера действует на два - три метра. Только старику Комаччо удалось сделать конденсатор, сбивающий лучи в параллельный пучок, который бьет на любое расстояние. Вот при помощи этого конденсатора, талантливо украденного вашими людьми у Комаччо и любезно переданного мне во временное пользование, мы и прихлопнули старушонку. Но больше это невозможно, от времени или от того, что луч наш иной по составу, чем у Комаччо, не знаю, но конденсатор перестал работать, в нем что-то изменилось.

- Не может быть,- чуть повысил голос полковник и даже монокль чуть дрогнул в его глазу.

- К сожалению, может,- отвечал Дрейк.

- И что же делать?

- Что делать? Новый конденсатор делать!

- А может, это все зря, может, никаких лучей смерти нет? Может, эта старушонка сама кончилась?

- Ну, нет,- сказал Дрейк.- Все правильно. Я получил конденсатор и вашу шифровку, что старик Комаччо будет работать на своей вилле весь воскресный день, одновременно я вышел в море и так как один из шредеровских лучевых аппаратов я нарочно брал с собой, то мне не терпелось попробовать. Вмонтировал конденсатор в аппарат и начал. Попробовал на чайке - бенц! Чайка в воду. Попробовал на акуле - бенц! Акула - брюхо вверх.