В самом деле, за хуторком есть мостик, он лежит у самой земли, перекинутый через какое-то болото, от которого бьет в нос густым запахом нагретой солнцем воды.

Мостик совсем разбит, машине по нему не пройти, и мы, соскочив на землю, ищем объезд. Объехать негде, что же делать?

- Давай на риск!

- Если засядешь, вытолкнем, нас ведь много!

Водитель берет отчаянный разгон, машина, разбрызгивая воду, доезжает до середины болота и там все-таки застревает, мотор глохнет, но мы уже здесь, наши охотничьи плечи готовы хоть гору перевернуть.

- Раз, два - взяли!

И вот забрызганная наша полуторка - не чудо ли? - стоит уже на сухом, а мы в грязи как черти, от нашей обуви несет запахом горячего развороченного болота.

Пока Павловский копается в моторе, протирая свечи, мы тоже приводим себя в порядок, счищаем с одежды и обуви налипшую грязь, и обер-мастер Сахно, оглядываясь назад, говорит, что это, пожалуй, даже лучше.

- Что "лучше"? -улыбается инженер,- Что мост дырявый?

- Зато сюда теперь никто нс проскочит,- объясняет обер-мастер.- Одни будем на всю плавню.

Ой, вряд ли одни!! Далеко за селом, мелькая за стадами, среди голых пастбищ, уже рыскают какие-то мотоциклы, появляются "Москвичи", кажется, именно из тех, что мы обогнали в дорого. Вот один из "Москвичей", словно пронюхав ваш след, мчит на бешеной скорости сюда, приближается к мостику и, ткнувшись носом в болото, с ходу останавливается.

- Там вам и ночевать,- говорит обер-мастер, и мы, отдаляясь, облегченно машем им на прощанье.

Теперь мы одни. Но покамест и уток нет, не видно даже аистов да чаек степных, один громадный коршун над нами кружится, будто удивленный нашим появлением здесь.

- А коршуна бить можно, товарищ бригадир? насмешливо спрашивает обер-мастер.

- Бейте, если попадете,- отвечает Степа.