Его поведение поразило Кафара. Он ничего не понял, но в конце концов опять расстроился и такой вот — огорченный, растерянный, отправился после рабочего дня домой.

Он шел по Приморскому бульвару, вновь перебирая в памяти свои разговоры с Ягубом, с каменщиком Садыгом, с управляющим Исламовым, с Фараджем Мурадовым, — и вдруг странная мысль пришла ему в голову: интересно, пойдет сегодня Фарадж на могилу матери или нет?

Мать Фараджа Лейла-ханум умерла в Баку, и похоронили ее на старом кладбище, расположенном в черте города. Два раза в год — в день ее кончины и накануне Новрузбайрама — Кафар обязательно приходил на могилу Лейлы-ханум, потому что при жизни Лейла-ханум очень его любила, не делала никаких различий между ним и своим сыном и очень переживала за них обоих, пока они учились.

Но однажды Кафара потянуло на могилу Лейлы-ханум в «неурочный» день — стояла зима, было холодно, снежно, и когда он собрался уходить, Фарида удивилась: «Куда-то ты в такую погоду?» — «Я сегодня ночью Лейлу-ханум видел… Знаешь, очень уж она жаловалась, корила меня за то, что я, неблагодарный, совсем забыл ее».

Фарида поморщилась:

— Пусть детей своих призывает, ты-то при чем! Кафар нахмурился.

— Не говори так…

Фарида снова хотела что-то возразить, но Кафар знал, чем ее припугнуть:

— Если тебе приснился покойник, да если к тому же он тебя зовет и ты не помолишься над его могилой или хотя бы не помянешь — плохо может для тебя все кончиться…

— Ну да, плохо! Что там может случиться-то!

— А помнишь, в тот день, на поминках, что молла говорил? Если покойник рассердится — он может прибрать к себе и еще кого-нибудь.