К концу своей жизни Сталин перестал оделять Шолохова публичными знаками внимания. Отсюда, как догадываюсь, и обнародование письма с приговором «Тихому Дону» и появление учебника с критикой и с забвением факта Сталинской премии. Хуже того, позволил себе проявить унизительное пренебрежение — прочитаем свидетельство прибывшего в Москву посланца Тито М. Джиласса: «Говоря о современной советской литературе, я — как более или менее все иностранцы — указал на Шолохова. Сталин сказал: «Сейчас есть и лучшие», — назвал две неизвестные мне фамилии, одну из них женскую». Характерно, что после 1950 года Шолохов перестал обращаться к Сталину.

Не все на поверхности в переписке. Перья в политически острых темах чаще всего скрывают истинные намерения или подлинную картину. Несколько примеров.

…Письмо Сталина от 6 мая 1933 года. Вождь посулил «должные наказания» «виновникам безобразий». Но обратимся к фактам, что изложены в комментариях 26 и 27: и вина Центра не признана, и партнаказания не соответствуют страшной мере содеянного в издевательствах над народом.

…Письмо В. Ставского Сталину (1937 г.) Упомянуто нежелание Шолохова «писать» Мелехова большевиком — так будем знать: это зафиксирован отказ выполнить совет Сталина; не хотел превращать любимого героя-правдоискателя в агитперсонаж. Написано о «политических ошибках» и «метаниях» — это отзвуки отважных порывов несогласий с указаниями сверху. Вот о том, что Шолохов не ведет «партработы», — на самом же деле он изо всех сил помогал райкому избавить район от голодомора и перегибов коллективизации. Или: секретарь крайкома не намерен-де арестовывать писателя — в действительности то было просто вожделением, о чем рассказывал даже Сталин.

…Письмо октября 1937 года, в котором фраза о нелегком пережитом в прошедшие 10 месяцев.