Дмитрий не понимал, какое отношение имеет его биология к военной службе, но на следующий день все выяснилось. Лейтенант Шагаров приказал ему сдать старшине все боевые доспехи и отправляться на полковой медицинский пункт для прохождения дальнейшей службы. Первое, что захотелось Дмитрию, — отказаться. Он приехал с товарищами бить врага, он даже был оскорблен тем, что его, как нестроевого бойца, посылают куда-то в тыловое, подразделение, в обоз, на полковой медицинский пункт. И еще было обидно, до слез обидно от того, что лейтенант Шагаров, конечно же, считает его никудышным бойцом, потому-то и решил избавиться от него, сбыть с рук...

В штабе батальона Дмитрия ожидал уже знакомый старший врач полка Олег Сергеевич Яровой. Это был невысокий, статный мужчина лет за тридцать. На нем ладно, даже несколько щеголевато сидела уже выгоревшая военная форма, он чисто выбрит, затянут ремнями, а хромовые сапожки начищены до блеска, хоть смотрись в них.

— Идемте, Гусаров, на ПМП, — пригласил врач. По пути он откровенно жаловался молодому бойцу: — Понимаете, Гусаров, не хватает медиков. Бои идут страшные, насыщенность техникой огромнейшая, и раненых много, очень много раненых. Сейчас у нас, по выражению Пирогова, полыхает травматическая эпидемия... Вы еще не бывали в боях? А я был. Да, Гусаров, был. Потрепали наш полк порядочно. Дважды попадали в окружение. Дважды ходили на прорыв. И медикам доводилось брать в руки винтовки. — Точно догадываясь, что молодой боец не очень-то доволен своим новым назначением, врач продолжал: — Иногда в нашем деле, Гусаров, смелости нужно больше, чем бойцу на передовой. Вы думаете, я за красивые глаза беру вас к себе на полковой медицинский пункт? Нет, Гусаров, человек вы грамотный, биологию изучали, а это наука — родная сестра нашей медицине, значит вас легче обучить санинструкторскому делу. Санитарный инструктор — это тот же боец, только ему потруднее, чем рядовому бойцу... Как видите, Гусаров, легкой жизни я вам не обещаю, хотя на войне всем трудно — и молодому бойцу и седому генералу.