Вряд ли кто из горожан мог знать, сколько же вообще в Оренбурге коммунистов. Но большевичек знали все. К ним относили любую женщину, которая помогала красным. Впрочем, даже старые партийцы вроде бы авансом зачисляли таких в свои ряды. Объяснялось это, наверное, тем, что женщины на войне жертвуют большим, чем собственная жизнь.

Из оренбургских коммунисток особенно выделялась Мария Макарова, деятельная, талантливая, красивая. Она была одних лет с Верой Карташевой, но революционеркой стала еще до Октябрьского переворота, в ранние девические годы. Вера завидовала ей, как и другой Марии — Постниковой, отличавшейся редкой скромностью. Немало слышала она и о третьей Марии — Корецкой, расстрелянной казаками летом прошлого года в поселке Хабарном недалеко от Орска.

В Чека служила Катя Енина, которая участвовала в неравном бою с дутовцами во время их ночного набега на Оренбург в восемнадцатом году. Енина отбивалась совсем больная, опасно простуженная и на следующий день окончательно слегла. Когда в июле белые заняли город, Катя находилась еще в больнице. Девушку казнили бы, но ее выручила мать: материнская любовь способна являть чудо. Катя и рассказала Вере о связной Бажановой, сестре милосердия Черкасовой. Соня Бажанова помогла ревкомовцам бежать из дутовской тюрьмы, ловко пронесла туда оружие, а потом ходила с донесением через Актюбинский фронт. А Черкасова появилась в городе вместе с отрядом Кобозева и Павлова. Видавшие виды балтийские матросы гордились ее поразительным бесстрашием.

Макарова, Постникова, Корецкая, Енина, Бажанова, Черкасова... Вера ставила их в пример своим дружинницам из профсоюза домашних прислуг и прачек. Она добилась, чтобы ее дружине выдали боевые карабины взамен поломанных винтовок, которые женщины носили просто так, для пущей важности. По вечерам они собирались на занятия в Неплюевском корпусе: в каком-нибудь пустом классе знакомый фельдшер показывал, как надо делать перевязки раненым, а в подвале учились стрелять по самодельным мишеням. Сперва этому не придавали значения в губкоме, когда же белые вплотную подошли к городу, сам Акулов заинтересовался дружиной Карташевой. Молодые и несемейные добровольно ушли в рабочие полки. Но у Веры оставалось еще не менее полсотни женщин, которые тоже могли отправиться на фронт...