Кристеп этот фильм три раза видел, и я не меньше, ещё в Москве. Но ведь вместе мы ни разу не смотрели, так что решили сходить. И потом, интересно же сидеть в кино и знать, что будет впереди, кто что скажет и что сделает.
Здесь картины в одном месте показывают — в клубе. Возле кассы было много ребят. Из нашего класса — Костя Макаров, Боря Кругликов, редактор стенгазеты, ещё Оля Груздева.
— Где же вы раньше-то были? — сказал Костя. — Мы билеты уже взяли. Теперь не достанешь на двенадцать… А в два часа совсем другая картина идёт, нас на неё не пускают, вот…
Он как будто обрадовался, что мы опоздали.
На всякий случай, правда, подошли к кассе спросить: может, там остались ещё, хоть постоять… В окошечко был виден острый подбородок кассирши. Подбородок дёрнулся, когда она сказала:
— Нету, нету билетов!
И захлопнула у нас перед носом окошечко, чтобы к ней больше опоздавшие не приставали.
А Фёдор Григорьевич ещё смеялся, что я в кино за два часа собираюсь! Вон другие ребята пораньше побеспокоились, и билеты у них в кармане, а мы с Кристепом должны выслушивать Костины смешки.
Мы вернулись к своим, и Оля спросила:
— Что, мальчики?..
Кристеп рукой махнул.
— А знаете, знаете чего? — продолжала она тараторить. — Я свой билет могу отдать, свой, если хотите. Я всю картину наизусть знаю, могу домой пойти…
— Хочешь, иди, — сказал я Кристепу.