— Не волнуйся, Анюня, не торопись, мне здесь хорошо и интересно, — сказала Бабоныка.

Домой Аня шла в задумчивости, но дома опять расплакалась.

И когда через неделю у нее что-то сделалось с глазами, не удивилась — решила, что это от нервного расстройства и слез. На уроках она сидела, закрыв глаза, и учительница обеспокоилась:

— Тебе плохо или ты просто спишь? Болят глаза? Иди сейчас же к окулисту — со зрением шутить не следует.

Окулист посадил ее к стене, а на противоположной стене открыл шторку на таблице и велел читать, прикрывая то один глаз, то другой. Аня же закрыла оба глаза и прочла таблицу сверху донизу, только некоторые буквы путала — «К» и «H», например, или «И» и «Ш».

Между тем, когда в следующий раз Аня пришла проведать бабушку, ей сказали, что Матильда Васильевна признана комиссией нормальной и отправлена для обследования в ту же клинику, что и бабушка Тихая.

А потом оказалось, что это вовсе и не клиника, а научно-исследовательский институт космической медицины.

***

В полной темноте, да еще с завязанными глазами, Тихая не только определяла, кто стоит в трех метрах от нее, но и прибавляла:

— А косынку чужую одела — с той раскрасавицы, что сейчас у машинки сидит. И ногти позавчера наманикюрила — противный, все ж таки я скажу, запах!

Или:

— Маленькая мохнатая собака, в шампуни искупанная. Чем в шампуни пса стирать, лучше бы живот собаке полечили!

За перегородкой ставили бочонок с капустой. И что же?! Тихая не только определяла, что это капуста, но и точно указывала, когда ее заквасили, и какие яблоки положили в нее, и даже из какой породы дерева сделан бочонок, а также ободья на нем.

— А теперь, Тихая, мы с вами проведем несколько других сеансов, — говорили ей.

— Многосерийные? — любопытствовала старуха.

— Мы кладем перед вами два предмета совершенно одинаковой формы; только один из них из земного металла сделан, а другой — из металла, выплавленного в космосе. Можете ли мы их различить? Простите, что вынуждены держать вас в темноте с завязанными глазами.