— В республиках бывают и те, кто приказывает, и те, кто только слушает и исполняет; как будет у нас? Кого назначите вы начальниками?

— Это уж кого вы выберете сами, те и будут ваши начальники, — ответил Ушаков.

Греки переглянулись и выпили еще по два глотка кофе; старик тоже опустил в свою чашку седые усы.

Но, подняв голову, он сказал, будто думал вслух:

— Кто будет выбран в начальники, если даже и начнет выбирать их наш народ? Только те, у кого много виноградников, много оливковых деревьев, много пшеничных полей… Те, у кого лодки и сети, но кто не ловит рыбы сам, а только смотрит, как ее ловят и солят в чанах их рабочие… Те, у кого много денег, — вот кто!

— Я сам напишу для точного исполнения, как нужно будет выбрать вам начальников в Большой совет, на Корфу, и в Малые советы, на других островах, — сказал Ушаков. — И я сам буду приводить к присяге выборщиков, чтобы выбирали они людей, только достойных быть начальниками, людей честных и неподкупных, а не взирали бы на то, сколько у них масла, и вина, и рыбы в бочках!

Очень решительно и строго было сказано это русским адмиралом, и теперь уже все греки-депутаты, также и старик, радостно закивали головами, все сказали:

— Так, так, так, господин адмирал! — и все выпили до дна свой кофе.

Корфиоты должны были действовать при штурме со стороны города, на который тоже глядели из крепости жерла пушек нескольких батарей. Но к городу не подводили на помощь им албанцев, которых высадили пока на дальнем берегу Корфу и даже на соседнем острове Занте; а десантный отряд из русских солдат и матросов, как наиболее надежных, а также турок, которым Кадыр-бей обещал выдать по два пиастра за каждого убитого им француза, должен был штурмовать крепость в лоб, с моря, что являлось делом гораздо более трудным.

Что касалось обещания Кадыр-бея платить пиастры своим солдатам в награду за их подвиги, то Ушаков хотел было отменить это, но турецкий адмирал, внешне к нему почтительный и называвший его не иначе, как «друг Ушак-паша», прикладывая руку к сердцу, всячески доказывал, что у них, в Турции, «бакшиш» — взятка — все.