— Мой сын сумеет постоять за себя в случае чего, — не без гордости ответил Рауль. — Ему восемнадцать, но храбрости и хитрости не занимать. К тому же он благоразумен, никто не заподозрит в нём секретного посланца.

— Дай-то Бог, — вздохнул незнакомец.

— А тебе стоит немедленно уехать из города. Если инквизиторы пронюхают…

Но собеседник не дал Раулю договорить, перебив его:

— Твоя жизнь в не меньшей опасности.

Послышались шаги, и они замолчали. Пьер скользнул в соседнюю комнату, раздосадованный, что не смог дослушать разговор до конца. Через приоткрытую дверь он услышал, как мать приглашала незнакомца к обеду. Но тот отказался, и вскоре юноша, выглянув в окно, увидел, как мужчина вскочил на коня и умчался прочь.

До самого вечера Пьер не видел отца. Только когда стало темнеть, тот позвал сына к себе в комнату.

Слуга налил в бокал красного вина, подал хозяину и с поклоном удалился, оставив отца и сына наедине. Рауль только пригубил вино. Поставив бокал на столик, он повернулся к сыну. Лицо его было спокойно, однако во взгляде чувствовалось напряжение.

— Ты должен ехать. Возьми коня и быстрей уезжай из Тулузы! — Рауль де Брюи протянул сыну кожаный мешок. — Мать собрала тебе в дорогу.

Пьер бросил тревожный взгляд на дверь, из-за которой доносился тихий плач матери.

— А как же ты, отец? Я не поеду без тебя! — в отчаянии выкрикнул он, вспомнив последние слова незнакомца.

— Тебе нужно отправиться в замок Монсегюр, — произнёс Рауль голосом, не терпящим возражений. — Передашь вот эту бумагу Бертрану Мартену.

И он протянул сыну свиток.

Пьер молча взял послание, даже не спросив отца, что в письме и почему он так поспешно посылает его в Монсегюр. Это насторожило Рауля.