Стан был тонким, ручки и ножки трогательно маленькими, изящными.

Словно и впрямь обозналась природа, передав про столюдинке то, что — по всему — предназначено было знатной барышне.

Однако ж на этом не остановилась.

Нрав у девочки был тихим, кротким — за то и про звали Душенькой, — но талант, открывшийся еще в раннем детстве, — удивительным.

В хороводе заметно отличалась она от сверстниц — так стремительна была и легка, что казалось, не пляшет — летит над землей, не примяв и травинки точеной ножкой Скоро заприметили Душеньку дворовые люди, доложили старому князю.

Правду сказать, князь Сергей Павлович Несвицкий был большой любитель всяческих искусств.

Более прочих муз, однако, почитал Терпсихору.

Потому, надо полагать, слава о его крепостном балете гремела по всей России. Государь Александр Павлович, посетивший однажды губернию, почтил своим присутствием представление сего балета и, говорят, пришел в неописуемый восторг, осыпал князя милостями и повелел своим вельможам брать с него пример.

Что и говорить, искушен был князь Сергей в балетном искусстве.

Весьма искушен.

Но и он обомлел, впервые увидев Душеньку.

А придя в себя, тотчас приказал из родительского дома ее забрать и поселить вместе с другими танцорками в усадьбе, в «балетном» флигеле.

Французу, мсье Годе, приставленному балетных юношей и девиц обучать всяким танцевальным премудростям, ведено было обратить на Душеньку особое внимание. Тот, впрочем, безо всякого повеления, видя редкий дар воспитанницы, готов был учить ее днями напролет.

Она же относилась к занятиям с чрезвычайным усердием, очень скоро из учениц сделалась примой и поставлена была танцевать первые партии.

Шел Душеньке тогда шестнадцатый год.

Не много воды утекло с той поры — всего-то три года!

Однако ж сильно изменилось все вокруг. Неузнаваемо.