Обнаружил себя лежащим на земле и, поднявшись, увидел опрокинутую кухню и рядом убитого повара. Разодранный брезент бани разметало по сторонам, а что стало под брезентом, я видел со стороны, и меня колотил мандраж. Если бы старшина не оставил меня около оружия… Он что, пожалел меня? Черта с два. Да он же не мог предвидеть. Может, надоумил его мой ангел-хранитель, который всегда со мной…
Потом стало понятно, что произошло. Финский или, может, немецкий лазутчик был где-то рядом, возле нас, и передал по рации в свой штаб, мол, квадрат такой-то, Иваны баню устроили, поддайте им жару. И поддали.
Вскоре там же, на Карельском перешейке, я снова встретился с баней, но не с брезентовой, а с настоящей, финской или карельской, срубленной из сосновых бревен.
У меня есть рассказ, написанный в молодости, лихо и небрежно, “Сто шагов на войне”. Я его написал в Юрмале, лежа под соснами, в блокноте. Когда-то его напечатал “Наш современник”, потом перепечатали многие издания, даже в Индии. Видно, запах хвои, запомнившийся как запах войны и передовой, навеял воспоминание о не таком уж далеком от Юрмалы Карельском перешейке. Рассказ о том, как солдат, разумеется, я сам, пойманный на перекрестье оптического прицела финской “кукушки”, что пряталась за рекой, был на волосок от гибели. Первый выстрел финн промазал, но второй не промажет. Поняв это, солдат пустился бежать. Неподалеку, метрах в ста, стояла баня и зияла открытая дверь предбанника. Я туда. Снайпер настиг меня как раз в дверном проеме. Хлопнула разрывная пуля, я упал и заполз в баню. Я был жив. Снайпер попал в приклад автомата на уровне моей поясницы и в щепки разбил его. Ему, наверное, такому же мальчишке, как и я, очень хотелось меня убить. Если бы не приклад автомата, разрывная пуля разворотила бы мои внутренности, и я бы умер в банном затхлом сумраке. А я, живой, лежа на полу, грыз сухарик и, разглядывая финскую баню – аккуратно сработанные полок, лавки, каменку, облицованную кафелем, – думал о том, что, если вернусь живым, построю точно такую же. Только потом узнал, что меня спас не ангел-хранитель или не только он, а спасла река. Оказалось, что пуля, летящая над водой во влажном воздухе, отклоняется…