Кристиан спускается по ступенькам на улицу. Серый твид согревает спину. Белые перчатки на руках. Улица полна теней. И запаркованных темных машин. А впереди по ходу старые стылые пальцы деревьев. После такого обилия океана. Не знаю я, что мне сказать этому человеку. Он, наверное, будет в черном. Дать ему, что ли, на чай или сигару. Он может подумать, что я недостаточно переживаю или не способен сосредоточиться на мыслях о смерти.

Высокие серые окна музея. Вот и спуск в подземку. Все вокруг жуют резинку. Турникет совсем как на скачках. Как аккуратно входит монетка. Дзынь и там. Мог бы спуститься прямо под поезд. Позволить ему с громом промчаться по мне. До чего тут надо дотронуться, чтобы током убило. А как они догадаются, что меня следует отвезти туда и положить рядом с Элен. Напиши на чем-нибудь и сунь в бумажник. В случае моей смерти доставьте меня в Погребальный дом Вайна и похороните вместе с Элен. До того искромсало, что оставшиеся куски можно запихать в тот же гроб. Просто я не смог свыкнуться с мыслью, что ты будешь мерзнуть, а последние твои слова были о том, чтобы тебя похоронили в земле. И ты всегда накладывала вокруг глаз зеленые тени. Приближалась ко мне, шелестя шелковым платьем и по звуку казалось, будто внутри у тебя пустота. Прислушивалась глазами. А в первый день на море я не позволил тебе потратить два доллара на шезлонг. Теперь-то я бы позволил. Теперь я бы все тебе позволил. Элен, ты могла бы взять два шезлонга или три, я бы ничего не сказал. Дело же не в деньгах. Я не хотел, чтобы ты простудилась, потому что вид у тебя был такой нездоровый, ты бы там закоченела, никто же не знал, до чего ты больна. Вот я и выдернул полотенце. Выдрал его у тебя прямо из рук, когда ты сказала, что не прочь потратить два доллара. Не в деньгах дело, я бы порвал эти два доллара прямо здесь, на платформе. Нет, господи, все же в деньгах. И я тебя потерял.