— Все помню, Клава.

— Повтори.

Гриня заученно отбарабанил:

— Сутки на поезде, два часа на электричке… Село Кукушкино. Спросить Антонину Грушину.

— Забыл: дом под красной крышей!

Гриня кивнул, помолчал, робко спросил:

— Клава, а может, я еще пару дней покантуюсь? Напоследок?

Клава округлила глаза.

— Ты что!.. Ты что! Слово дал, а теперь девушку обмануть хочешь?

Гриня вздохнул. Боцман хлопнул его по плечу.

— Не тужи, Гриня! Тоська — баба что надо! Гриня усмехнулся:

— Лучше Клавы?

— Лучше!.. Ровно в два раза! — он развел руки, показывая габариты грининой невесты. — Во!.. Выпьем за нее!

Этого предложения только и ждали Патлатый и Лысый. Они опрокинули свои фужеры разом. А боцману Клава не дала налить, отобрала бутылку.

— Тебе хватит — грубить начал! — повернулась к Грине. — Я бы тебя сама отвезла, но этого, — кивнула на боцмана, — не могу оставить.

Боцман обиделся:

— Не доверяет!.. А мне, между прочим, корабль доверяют!

— На море тебе можно все доверить, на суше. — ничего! — отбрила Клава.

Оркестр перестал играть, и сразу в зале раздался громкий возглас:

— Маша, стриптиз!

Этот возглас подхватили по всему ресторану:

— Ма-ша, стрип-тиз! Ма-ша, стрип-тиз!!!

Маша, улыбаясь, вышла на авансцену. В зале наступила тишина. Поднялся барабанщик, несколько раз ударил по тарелочке.

— Объявляется лотерея-аукцион… Лот номер один — стриптиз Маши с поцелуем! Начальная цена поцелуя десять долларов США. Кто больше, господа?

Голос из зала:

— Пятнадцать!

— Пятнадцать — раз!.. Пятнадцать — два!

Голос из зала:

— Двадцать!

— Двадцать — раз!.. — начал барабанщик.

Голос из зала: