Поэтому я сказал:

- Сережа, я тебя прошу. Я же всегда рад… Но сейчас это невозможно.

- Ну-ну, -- сказал Воропаев, -- поглядим. Не волнуйся только.

И мы пошли в дом.

На кухне принцесса рассказывала моей притихшей жене о том, что на территории современного Татарстана когда-то было большое развитое государство с религией, промышленностью и сельским хозяйством под названием Болгария, только не та, что на Черном море, а Волжская, позднее завоеванное Чингисханом.

- Мы, - сказала принцесса, - пострадали от татаро-монгольского ига не меньше, а может быть, даже больше России!..

Мне стало неудобно за то, что я не оставляю их на ночь, и я сказал:

- Да что там говорить! В Казани бывал Пушкин, там жил Лев Толстой! Это город с богатыми культурными традициями!

- Выпьем за это! - сказал Воропаев и обнял принцессу.

Когда мы выпили, принцесса рассказала, что у нее есть знакомые в одном театре в Казани, актеры, и что один актер там бросил жену, с которой прожил десять лет, ради молодой актрисы и сразу женился на этой молодой актрисе, старый дурак… И был от этого в таком восторге и на подъеме, что выпрыгнул на гастролях в городе Туапсе из окна второго этажа гостиницы с букетом в руках к ногам этой молоденькой дурочки!

Мы все покачали головами: надо же, а Воропаев вздохнул, видимо, вспомнив свой развод…

- Но мало того, - сказала Лиля, - несмотря на малую высоту, он чуть не сломал себе ногу! Что-то там треснуло, и этот актер несколько месяцев потом проходил в гипсе и даже не мог играть спектакли!

- Вот так изменять женам! - весело сказала моя жена. - Очень хорошая история… Поучительная, можно сказать…

Мне стало неловко, потому что я вдруг вспомнил, что на лестнице Воропаев, кажется, говорил, что принцесса замужем. Я искоса посмотрел на ее руки. Кольца, слава богу, не было, и я с облегчением вздохнул.