— Пошевеливайтесь! — рыкнул он, перекрывая своим голосом все шумовые частоты. — Все! С меня хватит! Сейчас прозвенит звонок, и мы так или иначе покончим с этим. Но предупреждаю вас, четвертый «В», если сейчас хоть кто-нибудь нарушит тишину, если я услышу хоть малейший шорох, этот человек запустит руку в контейнер, достанет первый попавшийся бюллетень и мы примем его без голосования, что бы там ни было написано.

И тут воцарилась полная тишина. Пусть никто из них не блистал интеллектом, но каждому хватило ума понять, что он может на целых три недели стать в глазах остальных виновником жестокого эксперимента, разработанного доктором Фелтомом ради того, чтобы выявить у них скрытый интерес к шитью, приготовлению пищи или ведению домашнего хозяйства.

Никто не смел вздохнуть. Мистер Картрайт слышал даже щебет птицы на водосточном желобе за окном.

Вдруг, без предупреждения, эта тишина была прервана.

Обратная сторона двери подверглась жестокому удару. Ручка загремела, дверные панели задрожали.

В класс ввалился неуклюжий юный великан.

Его появление было встречено ревом одобрения.

— Здорово, придурок!

— Кто последний, тот урод!

— Сайм, я придержал тебе местечко!

— Что, нашел нас наконец, ты, рыбная котлета!

— Голову не забыл, Саймон Мартин?

Саймон Мартин… Мартин Саймон…

Ну конечно.

Мистер Картрайт снова взгромоздился на свое привычное место на столе. Вот и объяснение. Все просто. Кто-то перепутал имена.

Мартин Саймон… Саймон Мартин…

Он подождал, пока возбуждение в классе не улеглось.

— Где ты был, Сайм?

— Что, заждались? — гордо провозгласил вновь прибывший. — Я был в классе доктора Фелтома.

— Доктора Фелтома?

И снова безудержный гогот, и далее мистер Картрайт не смог сдержать улыбки, представив этого громадного неуклюжего разгильдяя в окружении высоколобых ботаников доктора Фелтома.