- На кого налетели? Кого ударили?

Клубы тумана катились по палубе, ничего не видать. Сбежались на бак и видим: Рослый свесился через борт.

- Что там? - испугался боцман. Рослый повернулся к нам:

- Бензиновой бочкой в борт ударило! Чёрт знает откуда вынырнула!

- "Откуда, откуда"! - съязвил боцман. - Небось во сне у бабушки пироги ел!

Мы перегнулись через борт: нет ли пробоины. Железная бочка хоть и мала по сравнению с пароходом, а на большой скорости так двинет в борт, что только знай беду расхлёбывай, дыры латай!

Судно привстало над чёрной глыбой. Над ватерлинией вид

нелась лёгкая ссадина. Все облегчённо вздохнули. А бочка кружилась вдалеке, словно не могла опомниться от удара.

- А ведь ерунда! - как бы оправдался Рослый.

- В море ерунды не бывает! - сердито сказал боцман. - Из-за ерунды и тонут!

- Вот шуму наделала! - сказал кок Иваныч, снял рукавицы и достал пачку с папиросами.

- Я уж думал, не на мину ли налетели, - сказал боцман. - Мало ли что здесь может ещё оказаться! Я в войну всякого насмотрелся.

Кок Иваныч махнул папиросой:

- С Камчатки откуда-нибудь принесло. - Он вместе с боцманом проплавал почти полжизни, с ним поседел на море и знал толк в морских делах.

- Скорей всего, рыбаков шторм прихватил, - сказал Рослый. - Вон какая зыбь из Берингова моря идёт.

Это верно. Рыбаков мы встречали часто. Как-то даже вынырнули от нас совсем недалеко. Маленькое судёнышко зарывалось в пену, валилось с боку на бок, а иногда волна наваливалась на него и вдавливала в воду чуть не по мачту. Не мудрено, если у них бочку укатило. Океан и не то уносит!

Боцман ещё раз взглянул на ссадину, потом вдруг посмотрел на кока и удивился: