«Но если даже это сон, – она зажала в кулаке мелкий песок, но он просыпался между пальцами, исчезал, – что должны были подумать обо мне прохожие, которые видели, как я лечу над городом? Или пассажиры катера на подводных крыльях, когда махали мне руками? Скорее всего, они должны были подумать, что это такой спорт… Что где-то вверху летит воздушный змей или шар, а я вишу на незаметном снизу тросе. Я читала что-то такое…»

Она встала, подобрала босоножки и медленно пошла по островку. Ноги утопали в песке, который серой коркой облепил мокрую кожу, под кустами валялись бутылки, полузасыпанные песком газеты, обугленные палки.

«Как же я отсюда выберусь? – испугалась Оля. – Неужели я останусь здесь? Как Робинзон?»

Она слегка двинула лопатками и сразу же стала подниматься над островом.

«Какой хороший сон, – обрадовалась Оля. – Только надо решить, где мне опуститься. Как-то неудобно – соберутся люди, начнут расспрашивать, удивляться… А что я им отвечу? Лучше я полечу прямо домой».

Как и многие другие городские люди, она очень плохо ориентировалась, а сверху было особенно трудно отличить, где ее улица.

«Нужно лететь так, как едет троллейбус, – решила Оля. – В троллейбусе не заблудишься».

Она поднялась еще выше и медленно, как крыльями, взмахивая руками, полетела к своему дому. Осторожно проскользнув над самой крышей, Оля опустилась на балкон на шестом этаже, где жила. Дверь на балкон была открыта. Она постояла минутку, прислушиваясь. Павел был на работе. Маринка – в детском саду. Оля вошла в комнату и вдруг с испугом увидела, что навстречу ей идет муж.

Павел изумленно уставился на Олю.

– Здравствуй, – весело сказала Оля. – Откуда ты взялся?

– …? – поперхнулся Павел. В одной руке он держал кусок хлеба, а в другой здоровенный кус ветчинно-рубленой колбасы, как отметила про себя Оля, от нее сильно пахло чесноком. – У меня – обед. А вот откуда ты взялась?