Каждый раз большая черная птица, кажется ворона, спускается с неба, отливающего тысячами оттенков серого, и вцепляется в ее красивые светлые волосы.
Каждый раз она гонит ее по улице, норовя выцарапать ей глаза.
Каждый раз я просыпался в ледяном оцепенении, вся подушка в слезах.
И каждый раз лицо Клер Кемплей улыбалось мне в темноте с потолка.
Глава вторая
07:55
Суббота, 14 декабря 1974 года.
Я сидел в полицейском отделении Милгарта в кабинете начальника уголовного розыска Джорджа Олдмана и чувствовал себя полным ничтожеством.
Комната была какой-то пустой. Ни фотографий, ни лицензий в рамочках, ни наград.
Дверь открылась. Черные волосы, белое лицо, протянутая ладонь, крепкое рукопожатие.
— Рад познакомиться, мистер Данфорд. Как поживает Джек Уайтхед и этот ваш начальник?
— Спасибо, хорошо, — сказал я, снова садясь.
Ни тени улыбки.
— Садись, сынок. Чаю?
Я сглотнул и сказал:
— Пожалуйста. Спасибо.
Начальник уголовного розыска, главный следователь Джордж Олдман сел, повернул какой-то выключатель на рабочем столе и с придыханием проговорил в микрофон:
— Джули, милая. Две чашки чая, как освободишься.
Это лицо, эти волосы так близко, совсем рядом: черный полиэтиленовый мешок, расплавленный, наплывший на миску с салом и мукой.
Я крепко стиснул зубы.
Из-за его спины сквозь серые окна полицейского управления блеснуло слабое солнце и бросило блик на его сальные волосы.
Меня затошнило.
— Господин… — Я снова сглотнул. — …главный следователь…
Олдман обшарил меня с головы до ног крохотными акульими глазками.
— Ну-ну, сынок, продолжай, — подмигнул он мне.
— Я бы хотел узнать, нет ли каких-нибудь новостей?