Когда старуха увидела меня рядом с кроватью, то скоро заговорила, браня все, что видела на свете. Меня тоже, обличительные речи, против всех. Соседи могут подтвердить. Меня, кого угодно. Да, и религиозника тоже. Он злой! Он бес. Убийца!

Может еще кого-нибудь, кого. Да всех. Да, племянницу, всех, я же говорил: Так же о том, как она презирает людей из ее секции, это я тоже говорил, она их высмеивала. Называла их испорченными, да, детей, испорченные дети, дети-дебилы, так она про них говорила. Про молодежь, она говорила, что там все тоже бесы. Я слышал, как она так говорила. Бесы. Духи из стены, молодежь того участка. Не могу знать. Духи двух сортов, настоящие и ненастоящие, но все из стены. Нет, не знаю.

И пожилые люди.

Может религиозник чего и говорил, что он мог сказать, откуда я знаю, я сам не религиозный, ну да, в Бога, да, в него верю, верховный создатель. Если без Бога, так что это будет за мир, если он вообще сможет существовать, нет, не думаю.

А где мальчик.

Да, так она говорила. Мальчик. Это она не про сына, а про меня. Я знаю, сына нет. Ни дочери, если вы насчет дочери, ни сына, мне про них ничего не известно. Это она про меня. Я был мальчиком. Про которого она.

Уважала ли она меня, возможно. Не знаю. Сам я симпатии не испытывал, не от нее. Я видел, она меня не любит, так я думал. Уважала ли, нет, если об этом, нет, я так не думаю.

Я разговаривал с ней, рассказывал всякие истории. Она устраивалась, слушала, слушала не слушала, мысли ее шли сами по себе, я их только подталкивал. Я рассказывал про мою жизнь, про ее, брат оттуда истории, придуманные. У нас все истории такие.

Я про ее жизнь не знал.

Она обо мне думала. Я думаю, да. Что думала? Думала обо мне. Старуха. Я не уверен.

Потом тирады насчет бесов с лестницы, как они визжат и воют, и все против нее, убийцы и воры, колотят по двери, по стенам ее комнаты и еще по крыше, пытаются влезть в ее комнату, как, да как угодно, убить ее прямо в постели, где она лежит, выволочь ее, вывернуть руки-ноги, вырвать все волосы из головы, мучители. Вот так она выкрикивала. Часто. Я сидел там, и вдруг она как проснется, как начнет драться палкой. Это бывало нередко.