— На кой нам, сержант, окапываться, когда утром так и так сниматься с места? Это ж маневры… Чем рвать пупок, лучше б для вида поискали в окрестностях подходящее место…

— Как знать, дружище, может, этой ночью нам как раз и есть смысл окопаться, — говорил сержант. — Так что давай, не спи на ходу. Слышишь?

Сержант вышел на освещенный луной пятачок: руки в бедра, широченные плечи откинуты назад, — император да и только. Джо узнал в нем мужчину, которым давеча залюбовался. Сержант не без удовольствия послушал, как вгрызаются в землю лопаты, а затем, к ужасу Джо, направился прямиком к его укрытию.

Джо сидел не шелохнувшись, пока башмак не ткнулся ему в бок.

— Ой!

— Кто здесь?

Сержант подхватил Джо и поставил его, как воткнул, на ноги.

— Мать честная, ты что здесь делаешь, малыш? Сбежал? А ну марш домой! Тут тебе не детская площадка.

Он посветил фонариком в лицо Джо.

— Что за чертовщина! — пробормотал он. — Откуда ты взялся?

Он подержал Джо на расстоянии вытянутой руки и легонько встряхнул его, как тряпичную куклу.

— Ты как сюда попал, малыш? Вплавь?

Джо, заикаясь, ответил по-немецки, что искал своего отца.

— Так как ты сюда попал? Что ты здесь делаешь? Где твоя мама?

— Что вы там нашли, сержант? — послышался голос из темноты.

— Сам не пойму, что это за диковина, — отозвался сержант. — Лопочет, что твой фриц, и одет, как фриц, но вы гляньте на него…

И вот уже Джо окружен десятком людей, которые обращаются к нему сначала громко, потом тише, словно считая, что от этого их слова станут понятнее.

Сколько Джо ни объяснял, почему он здесь, они только со смехом пожимали плечами.

— Где он выучился немецкому, хотел бы я знать?

— У тебя есть папа, малыш?

— А мама есть?