Нужно выдержать еще только несколько лет, говорим мы друг другу каждый день, твердим, повторяя снова и снова, – всего несколько лет, несколько десятилетий. Еще несколько вспашек земли, и нас уже никто никогда не уволит, и тогда мы сможем ходить от дома к дереву, от дерева к дороге, от дороги в деревню, из деревни обратно домой. Еще несколько увечий и болезней, и никто уже не скажет «симулянт». Несколько лет, несколько десятилетий. Но даже если мы не друзья, мы – вместе, мы – соожидающие, наша сила в том, что мы – загадка и никто из вас, живущих награбленными мнениями и манерами, не видит нас. Мы – фигуры, бредущие вдали по полю, мы – силуэты в автобусах, что катят по заснеженным равнинам. Мы сумрачные лица, заполняющие вагоны метро от первого до последнего, и лишь на поворотах теряем друг друга из виду. Иногда мы можем обратиться к далеким горам, а порою, бывает, оказываемся даже там, на горизонте, в синеве между двумя вершинами – глубоким ущельем и отвесными скалами. Раз в день, случается, мы обращаемся в колыхание травы, готовой дать ответ, в солнечный светильник, сверкающий посреди чащи, в просвет среди ветвей красного бука, в спасительную темноту густого тиса. Мы можем обратиться в ветер от корней, что неожиданно вздымает кроны деревьев, в шуршание дней и ночей, в бесконечную зелень, в безмятежную морскую гладь, которую древние называли «Галена». Завтра, наверное, мы уже будем ничем. Послезавтра будем лежать в сырой земле и не войдем ни в одно описание истории, даже сноской. Но те белые воздушные склепы наверху будут нам вечными памятниками. Мы – безотцовщина, нас оправдали, развели с родиной, отлучили от места, мы – прекрасные чужеземцы, великие незнакомцы, медлительные острословы, люди всех времен. Так находится применение силе загадки. Давайте нынче вечером мы станем воплощением своего ремесла, которому мы обучились и носители которого в былые времена именовались даже «народом», отдельным «племенем»: «племя плотников». Обойдемся нынче без зазывал: разве народу нужны собиратели? Забудем нынче, что все наши начальники, в отличие от нас, живут где-то поблизости и каждый вечер могут быть дома.