- Много.

- А в той медицинской семье готовят невесту к свадьбе. Моют в жасминовой воде, понимаешь. Натирают розовым маслом - азиатская народность. А жених тихо так, бочком-бочком, и смылся. Женился на какой-то девушке из психлечебницы. Потом он с ней развелся. Закончил торговый институт. Сейчас снова женится.

- Что дают за Настей?

- "Жигуля". Ну и квартирка у нее есть кооперативная. Думаешь, из-за квартиры? "Жигуль", конечно, - тьфу! Я знаю мужика, тот подарил дочке на свадьбу "Волгу" прямо с правами. В бардачке лежали. Ездий, дитя, сбивай пешеходов и пешеходиц.

К ним подошла Настя.

- Дядя Витя, пойдем спляшем.

- Иди с Вениамином. Он плясун. Чего тебе с женихом не сидится?

- А не твоего ума дело, - ответил за Настю Вениамин Борисович.

И они поскакали в соседнюю комнату плясать.

На фронт Виктор Иванович попал под конец войны. Направили его в комендантский взвод танковой части.

В этом эпизоде мы позволим себе называть Виктора Ивановича Витей. Юн был солдатик. Сгорал от стыда по любому поводу. Отсюда румянец, полыхающий на его щеках, правильнее было бы назвать цветомузыкой.

Командир взвода, молодой лейтенант в скрипучих ремнях, в сапогах обжимающе-мягких, крикнул: "Пополнение, смирно!" - и поздравил с прибытием в прославленную гвардейскую бригаду под командованием Героя Советского Союза. "Мы сейчас впереди всех войск. Воюем на острие. Мы - прорыв!" От этих прекрасных слов щуплая Витина грудь стала выпуклой и стальной.

Комендантский взвод располагался в некотором отдалении от города, так и не взятого танками. Танки с приказом ничего не ломать держали город в кольце. Танкисты ожидали пехоту, чтобы отдать ей этот древний город для закрепления, а самим рвануть вперед.

И уже приближалась пехота на подручных средствах передвижения.

Вите хотелось побежать в город, пальнуть по защитникам из вороненого автомата ППС, но сержант приказал ему заступить на ответственный трехсменный пост и сам отвел его в домик штаба к белой двери с оторванной ручкой. Витя сменил солдата с угрюмым лицом.