— И учти, Лизка, весь этот отбор много… многоступенчатый — сплошная туф… туфта! — от волнения Лёвушка даже заикаться начал. — Выберут тебя! Ну, ещё меня, может быть, но тебя — точно! А потом будет такое мероприятие, что мало не покажется! Потому что Паулина просто так не появится! Я знаю, в словаре это называется паранойя, но…
— Я сейчас как раз об этом и думаю, — ответила Лиза. Голос получился замогильный. — Это что же будет-то? Лёвка! Погоди! Должны были ещё Конрада вызвать!
— Для ровного счета — конечно… — Лёвушка задумчиво надул щеки. — Но мы же не знаем, для чего всё это затеяли? И потом — ты видела, он с утра не в себе. Может, с ним уже… гм… побеседовали.
Лиза вздохнула.
— Может, Малине всё рассказать, а?
— слышалось из кабинета литературы.
— Очень долго придется рассказывать. И вряд ли она поверит… Есть идея, — сказал вдруг Лёвушка. — Не нравятся мне эти списки. Вот что, Лизка, а давай попросим нас просто вычеркнуть. Может, мы стесняемся, заикаемся и в обморок падаем перед камерой. И вообще, скажу, что ты глухонемая, а я умственно отсталый. И посмотрим, что будет.
Лиза закивала. Хоть горшком назови, только в печку не ставь!
— Главное — разработать хороший план. Я подумаю. А теперь, — Лёвушка подтолкнул её к ступенькам, — иди за мелом и возвращайся первая, а то начнётся…
— Тс-с! — Лиза навострила уши и прижала палец к губам. — Там внизу кто-то. Давай переждём лучше.
Они отползли подальше за мебельную баррикаду. Лёвушка пихнул Лизу локтем и вопросительно задрал брови — кто, мол, там?
Лиза прислушалась: директор! Прямо сюда поднимается! И с ним завуч! А если найдут?!
— Давайте хоть здесь постоим, Ольга Владимировна, тут никто не услышит, — быстро говорил директор. — Запомните, пожалуйста, с ними надо вести себя любезнее. Ещё любезнее. Это очень нужные люди.