В Риме она жила у графини русского происхождения, когда-то манекенщицы, в облезлом дворце.

В Милан пригласила русская жена итальянского дипломата – в их доме было так много икон, что Настя малость оробела.

В Салерно ее занесло с веселой компанией золотой молодежи, к которой позже и присоединился Костя с рослой блондинкой, чьи немецкие корни крепко вцепились в землю.

Блондинка была случайной, они не спали. Просто им было по дороге.

Но тогда Настя все-таки первый и последний раз взревновала – уж такой уверенной, мускулистой, безупречной была эта наследница династии, оскандалившейся во время Второй мировой войны.

– Когда ты влюблялась в последний раз? – спросил тогда Костя.

Они сделали кувшин пинаколады – и пили ее на частном пляже особняка, который так и непонятно кому принадлежал.

– Вот прямо сейчас, – Настя дерзко заглянула ему в глаза, дождалась растерянности. – Я никуда не уеду из этой страны. Италия – моя любовь.

– Я тоже все время влюбляюсь в странные вещи, – признался он. – Я спал с женщиной только потому, что у нее дома висела картина, без которой я не мог жить.

– Ты так любишь искусство? – с вопросе ощущалось ехидство.

– Дом тоже был потрясающий. Эта картина не могла находиться нигде, кроме того дома. Вдова испанского художника, ей было лет пятьдесят…

Настя ахнула.

– Да ты не то подумала! – ямочки на щеках были глубокими, потому что он улыбался во всю ширь. – Она живет на море, плавает много километров каждый день, лазает по горам… Понимаешь, она как эти горы – сколько бы им ни было лет – они величественные. Понимаешь?

Настя кивнула.

– Я влюбился во все это. Она, горы, дом, море, картины мужа… Его мастерская… Видела бы ты, сколько там света! Конечно, она меня бросила. Там вокруг нее мужчины крутились… В одного я тоже влюбился. Морской волк. Живет на деньги семьи, лет шестьдесят ему, ни разу не работал. Что-то в этом есть. Я бы тоже не работал. Ты бы видела, какой он! Человек столько лет наслаждается жизнью – его можно слизывать, как варенье, такой он сладкий. Обидно, что мужики меня не заводят. Ну, расскажи, в кого ты еще влюблялась?