Остаток дня и два следующих дня проходят в летаргических синкопах. Время течет слишком медленно, чтобы измерять его щелчками метронома, и ритм задают обеденные перерывы, часы закрытия магазина и клиенты, а ломается ритм лишь редкими всплесками любопытства по поводу интригующей бандероли и воспоминаниями о мужчине, который ее послал. По утрам иногда приходится заниматься делом, даже кое-что продавать, в промежутках между любопытствующими, которые в массе своей таращатся на перчаточный отдел как на допотопный снимок в стереоскопе. Уровень мозговой активности Мирабель, будь она отражена электроэнцефалограммой, большинство ученых определило бы как сон. Утром в четверг ее пробуждает к жизни восторженная японская туристка — вне себя от того, что ей посчастливилось наткнуться на перчаточный отдел, она покупает двенадцать пар перчаток и посылает их домой в Токио. Для этого требуется взять адреса, подсчитать расходы по пересылке, упаковке и заполнению подарочных карточек. Клиентка желает, чтобы название «Ниман» красовалось повсюду, в том числе и на карточках, и Мирабель звонит по всем отделам, чтобы отыскать карточки старого образца с тисненой эмблемой. Во вселенной Мирабель это равносильно тому, чтобы пробежать милю за три минуты — она совершенно измотана, киснет и настраивается лечь спать пораньше. Наконец, завершив последнюю деталь глобальной трансакции, она благодарит покупательницу единственным иностранным словом, которое обязаны знать «нимановские» служащие:

— Аригато.

Женщина берет свой чек, кладет его в сумку, которая уже ломится от ранее сделанных покупок, радостно благодарит Мирабель полновесным поклоном, пятясь делает двенадцать шагов к выходу, потом поворачивается и устремляется на запад к отделу модной одежды. Тут только Мирабель замечает, что рядом стоит мужчина — он говорит ей:

— Так вы согласитесь со мной поужинать? — А затем, поскольку она не отвечает, добавляет: — Я — мистер Рэй Портер.