Лицо Юрки исказилось от бешенства, он ногой поддал под зад малышу — Васек отлетел на добрый метр.

В коробке, разделенной на металлические ячейки, виднелись круглые стеклянные ампулы с узкими, как иголка, горлышками. В ампулах покачивалась какая-то жидкость.

Сердце у Юрки часто забилось.

— Так, — сказал он, — полюбуйтесь… Откуда они тут?

Васек тем временем взобрался на валун и, опираясь одной рукой на широкое плечо Валерия, неудобно вытянулся, заглядывая в коробку.

— И написано не по-нашему, — сказал он.

«Ну и глазастый!» — Юрка только сейчас заметил на ампулах белые надписи на иностранном языке.

— Дай прочту. — Валерий взял у Юрки коробку, осторожно достал одну ампулу, поболтал зачем-то и стал разглядывать на свет.

— Тише, — попросил Юрка, — разобьешь.

— Что там, а? Что там, а? — как автомат, завелся Васек.

— Заткнись, юла! — сказал Юрка.

— Может, яд? Шпионы подбросили… Или чума в них?.. Или…

— Сам ты хуже чумы, — сказал Юрка.

— Пограничники! Покажем им! — закричал Васек.

К мысу, глубоко вдающемуся в море, из лощинки вышли два пограничника. Здесь кончался материк и проходила государственная граница. Солдаты были на лыжах, в белых маскировочных халатах, с пистолетами-автоматами на груди.

Валерий аккуратно вложил ампулу в гнездо, закрыл крышку и стал заталкивать коробку в карман канадки.

У Юрки задрожали губы, он часто задышал, засопел, глядя на брата.

— Тише, — сказал Валерий. — Не собираюсь присваивать твою находку, ясно? Покажу на заставе и верну тебе.

— Ищи-свищи ее тогда! Надо по-честному. Я нашел — я и делаю с ней что хочу.

Валерий затолкнул коробку, и она заметно оттягивала карман.

— Нашел ее ты, верно, — сказал Валерий, — но ты не можешь распоряжаться ею как хочешь. А что, если она представляет величайшую государственную важность? Поможет раскрыть какую-то тайну? Ты об этом подумал? Потеряешь ее, сломаешь… Что тогда?