– Ну нет, – категорически возразил Элиаз, – приглашаю вас всех – я.

И Машу, разумеется. Но если она спешит…

– Пусть останется, – шепнула ему Лоис.

– Мне надо, у меня автобус, – настаивала мышка.

Впереди уже виднелась тускло освещенная вывеска Абу Раджиба.

– Сделаем так, – сказал Элиаз, – вы все идите вперед, занимайте места на пятерых, заказывайте, что хотите, а я ее тут уговорю, и мы подойдем.

Муж с женой что-то забормотали, мол, мы подождем, все вместе, но

Лоис решительно взяла их под руки и повела в харчевню.

Молодец баба! Дело в том, что система дарового угощения потенциальных покупателей, хотя и отработанная, содержала в себе некоторые тонкости. Несколько лет назад Элиаз, по просьбе Абу

Раджиба, расписал стены его заведения. Роспись старому арабу очень понравилась, но расчета они не производили, Элиаз не захотел денег, сказал – чего там, мы соседи, просто покорми меня, сколько сочтешь нужным… Довольный, что не надо расставаться с наличными, Абу

Раджиб с радостью согласился, приходи, сказал, когда хочешь, будешь желанным гостем. Элиаз свое право использовал экономно, ради собственного желудка в харчевню не ходил, только водил клиентов, однако с течением времени Абу Раджиб стал менее радушен, однажды даже не пустил Элиаза с компанией под предлогом, будто все места заказаны, и теперь для верности Элиаз приноровился запускать своих гостей вперед и появляться за столом чуть позже, когда приличие уже не позволит воспитанному арабу выказать недовольство. Сегодня все складывалось очень удачно.

– Ну, художница, чего капризничаешь? – добродушно спросил он девушку. – Вкусно поешь, приятный разговор, полезное знакомство…

Пригласи их к себе в Афулу, может, продашь чего… А?

– Я на автобус…

– Опоздать боишься? Ну, завтра поедешь, какая срочность?

– Нет, нет, я сегодня… завтра ульпан… учить иврит…

– Ну, сегодня так сегодня, – легко согласился Элиаз.