— Ты чего меня трогаешь? Ну, чего лезешь? Я к тебе лезу? Я тебя трогаю? Я себе плыву и ты себе плыви… Я тебя не знаю и ты меня не знаешь. А я вот возьму, да как… взорвусь и-и-и… все…

— Хо! — говорит Митя с совсем новой интонацией, и от удивления глаза его расширились. — Во дает… А ты чего? Волшебная?

— А тебе? Какое? Дело? — плаксиво выкрикивает бутылка.

— А такое, что я сейчас тебя ка-ак изловлю!

— Ты? Меня? Не-а… Не поймаешь. Меня до-о-олжен во-о-он, тот, который в очках, поймать…

— Какая разница?..

— Так по сказке намечено. Меня должен выловить тот, кто прочитал ровно тыща одну сказку к полудню седьмого августа. Сказка. Она. Что? Добрым молодцам урок. А этот, под зонтиком, никаких «уроков» из прочитанного не извлекает… Так… Пусточтец… Ну, чего смотришь? Зови его. Пускай он меня ловит. А то я… — кажется, бутылка вот-вот разрыдается, — я… могу взять и кануть на дно… И — все… Навечно… навсегда.

— Эй, Витя! — кричит Митя. — А бутылка-то заговорила.

— Неужели?! — Витя не удивился даже. Он торжественно, как знамя, поднимает зонтик.

— Тебя требует…

— Иду-у-у… — как зачарованный, выкрикивает Витя и с трудом шагает по острым камешкам к бутылке. Но… Бутылка, как снаряд, сама собой вылетает из моря и целехонькой падает рядом с Витей на прибрежные камешки.

Ну, здесь, как и следовало ожидать, — из бутылки слышится таинственный гул, потом выплывает густо желтый, серный дымок, а потом оттуда, отфыркиваясь дымом, отплевываясь, вылезает человек в тюбетейке, в рубашке «навыпуск», с большим желтым портфелем.

— Фу-ух! — говорит вылезший из зеленой бутылки и выплевывает ядовитое облачко дыма, — ф-у-ух!.. Наконец-то!..

— Вы?.. Джин?.. — очень вежливо с предыханием спрашивает Витя у человека с портфелем и двумя пальцами поправляет дужку очков.