Медленно-медленно звеня и подпрыгивая на камешках, бутылка покатилась в море.

Вместе с дымком, выплыли оттуда две белых странички, похожие на чаек, и закружились в воздухе.

Смотри! Не бойся удивляться, мой друг-попутчик: как только это случилось, все вокруг чудесно преобразилось, все вокруг стало… необыкновенным, что ли, — ярким, разноцветным, хотя все и осталось на своих местах: сети, лодки, как морские чудища, опрокинутые вверх днищами, звенящие поплавки…

…Плывут птицами белые странички в синем небе. Вот одна из них оказалась в руках у Мити, и он прочел на обрывке листка: «ЗИЯ». А второй листок оказался в руках у Вити. На нем значилось: «ФАНТА».

И пока все это происходит, слышно, мой друг, как в синем-синем небе над морем, над скалами звучит:

ОТКУДА БЕРУТСЯ КРАСКИ ДЛЯ САМОЙ ВОЛШЕБНОЙ СКАЗКИ?

И эхо, отзванивая, будто ледяными сосульками, отвечает разными голосами:

— Из синего неба, — … из пенного моря, — … из солнечных радуг, — … из леса зеленого.

Сильные голоса, звучащие под огромным небом, вновь спрашивают:

ОТКУДА БЕРУТСЯ ПЕСНИ, КОТОРЫХ НЕТУ ЧУДЕСНЕЙ?

Как и прежде, отзванивая гулким эхом, слышатся разные голоса:

— Из шороха трав, — … морского прибоя, — … весеннего ветра, — … из звонкого эха!

— Хо!.. И более ничего… — произносит Митя и тянет себя за штанину, за полосатую тельняшку, потом за волосы, пожимает плечами. — Как в кино…

— Не «в кино», а «в сказке», — очень вежливо поправляет Витя. Он чувствовал себя счастливым хозяином так чудесно изменившегося мира.

— Ладно!.. — Озабоченно сообщает Митя. — Ты пока сиди себе в своей сказке, а я пойду ребят позову, пусть посмотрят, чего тут делается…