— Отстань, — сказал он, — хватит мне своих неприятностей.

— Какие у тебя неприятности, Вилли?

— А жильцы, а хозяин, будь они прокляты! — заорал он и хлопнул дверью.

Вернувшись п комнату, он сказал:

— А чем я буду платить? Как был нищим всю жизнь, так и остался.

Этта — она сидела у стола — положила голову на руки и заплакала.

— Чем? — закричал он, и его лицо сморщилось, потемнело. — Мясом своим, да? Золой в глазах? Лужами, что я подтираю? Кашлем своим, что ли, — он меня и во сне душит!

В нем вспыхнула едкая ненависть к Панессе и его жене, и он поклялся не платить им ни одного цента, до того он их ненавидит, особенно этого горбуна за прилавком. Пусть только посмеет ему улыбнуться, проклятущие его глаза, он ему все кости переломает, схватит — и об пол.

В этот вечер Вилли ушел из дому, напился до бесчувствия и всю ночь пролежал в канаве. Он вернулся грязный, с налитыми кровью глазами, но Этта протянула ему фотографию их единственного сына — четырех лет он умер от дифтерита, — и Вилли, заливаясь слезами, поклялся больше не брать в рот ни капли.

Каждое утро, вынося мусорные урны, он старался не смотреть на ту сторону улицы.

— В кредит верят, — издевательски бормотал он, — в кредит…

Настали тяжелые времена. Хозяин велел сократить топку, уменьшить подачу воды. Он и жалованье Вилли сократил и на расходы выдавал меньше. Жильцы злились. Целыми днями они приставали к Вилли, как навозные мухи, а он только говорил, что исполняет приказы хозяина. Тогда они начинали ругать Вилли, а он отругивался. Жильцы позвонили в санитарную комиссию, но, когда приехали инспекторы, они сказали, что температура не ниже законного минимума, хотя по всему дому ходили сквозняки. Жильцы по-прежнему жаловались на холод и целыми днями изводили Вилли, но он только отвечал, что ему тоже холодно, он совсем замерзает, но ему никто не верил.

Как-то утром, выставляя четыре мусорные урны и ожидании грузовика, он увидел, что мистер и миссис Панесса смотрят на него через дорогу из своей лавчонки. Они прильнули к стеклу входной двери, и, когда он посмотрел на них, в глазах у него помутилось и ему показалось, что там стоят две тощие общипанные птицы.