- А ты “оранжевый”?

Вадим засмеялся:

- Какой я “оранжевый”… Что, в Москве в 1991 году к Белому дому пришли только убежденные демократы? Просто надоело чувствовать себя крепостным быдлом, вот и все.

Я спросил про его семью. О жене он почему-то говорил мало, а про детей рассказывал с удовольствием. Сыну уже 20, он, кстати, в Москве, у родственников, учится в Гнесинке на фортепиано, недавно ездил на стажировку в Японию, дочка в

9-м классе, тоже уже большая, но у них недавно появился третий ребенок, ему

8 лет. - Не понял? - Они взяли ребенка из детского дома. Причем все получилось случайно, они не хотели, просто детей раздавали на каникулы, а потом он так прижился, что отдать его назад уже не было никакой возможности. Ну вот, так и получилось, что у них появился третий ребенок и сразу взрослый. Хорошо, пеленки стирать не надо.

Официантка принесла водки, мы выпили. Я рассказал ему, как брал интервью на майдане у совершенно случайных людей - и, может быть, я наивный человек - как это было здорово. Особенно на меня произвели впечатление совсем молоденькие девочки-школьницы лет 16-17, сказавшие, что они счастливы.

- Счастливы? - не сдержался я.

- Да, именно счастливы, - сказали они, и, главное, это совершенно отчетливо читалось в их лицах, они просто светились, и это было трогательно, красиво и опять немного наивно, но почему-то совсем не вызывало иронии. Мол, глупые. Вот так почему-то думать совсем не хотелось. Может быть, сказывалась странная энергия этих дней?