Лейтенанту вспомнилось собственное детство. Несколько лет он жил в общежитии имени Баттьяни Вак от Эстергомской гимназии. Родители его давно развелись, и по решению суда сына оставили у матери. Отец же вскоре после развода женился, а его новая жена даже и слышать не желала о мальчике. Отец платил алименты на содержание ребенка, и только. Когда Петер учился в последнем классе гимназии, тяжело заболела мать и ее положили в больницу. Именно поэтому он не смог поехать домой и остался один-одинешенек во всем общежитии. Те тоскливые дни навсегда врезались в память Ковача. Поэтому он считал, что, если парень не попросился в увольнение на праздники, значит, у него на то наверняка была серьезная причина. Лейтенант подождал, пока солдаты, отпущенные по домам, ушли, и вызвал к себе Варьяша.

Эндре по-уставному доложил лейтенанту о прибытии и, пытливо всматриваясь в его тонкое лицо, попытался догадаться о причине вызова к командиру роты. Лицо офицера показалось ему знакомым, и он невольно задумался над тем, кого же тот ему напоминает. Однако догадка пришла не сразу, а лишь позднее, в ходе разговора. До призыва в армию один из друзей Эндре, Шугар, некоторое время работал ассистентом у кинорежиссера, и однажды — бог знает почему — они решили посмотреть старый американский кинофильм «Ватерлоо» с Тайроном Пауэром в главной роли. Так вот лейтенант Ковач был удивительно похож на этого артиста, особенно когда снимал очки. Рассмотрев лейтенанта повнимательней, Эндре пришел к выводу: голова у него какая-то несовременная, ее очертания слишком мягки и правильны, что делает его совсем не похожим на военного. Если лейтенанта переодеть в гражданскую одежду, его смело можно принять за врача или биолога.

— Садитесь, Варьяш, — пригласил Ковач солдата, поправляя очки, и, дождавшись, когда он сядет, угостил его сигаретой. — Я не собираюсь вмешиваться в ваши личные дела, — продолжал лейтенант, — но меня очень интересует, почему вы не поехали домой.