— Чем сосать соленый клитор, лучше выпить водки литр, — согласился с ним Семен, не вздымая головы. Помимо книжной, он был носителем и народной мудрости.

Князь промолчал.

Пока все спят, воспользуюсь моментом и сдержу обещание. А именно, приведу список книг, изученных и проработанных Семеном только за последний год. Семен прочитал: Феноменологию запахов в 2-х томах, изд-во братьев Прохоровых; Интимный дневник кавалера де Корберона, французского дипломата при дворе Екатерины II из Воспоминаний XVIII века; записки княгини Дашковой; кое-что из серии Великие философы, там фигурировали Конфуций, Лао-цзы и Карл Ясперс. Ранние поэмы В. Алова. Понятно, зачем ему понадобился Гален с его О назначении частей человеческого тела, изучавший анатомию, членя тела казненных римлян и убитых в Колизее гладиаторов, — полезная для художника книга. Но к тому же Семен отчего-то пробежал Никчемные тексты Беккета, вышедшие в серии Литературные памятники, а также по диагонали о последних императорах Рима после Марка Аврелия. Но это отнюдь не все. Не были забыты большой сборник статей Вальтера Беньямина, автора Московских дневников 1927 года, и Розенкрейцерское просвещение миссис Фрэнсис Йейтс. Впрочем, с непонятной решимостью оказались отвергнуты Семеном два тома культурологических статей Т.С. Элиота, которые тому пришлось издать как нобелевскому лауреату. Отложены были до времени Описание сибирских народов Миллера, но, плюясь, Семен осилил-таки Бакинские разговоры Вячеслава Иванова с Моисеем Альтманом. А заодно пролистал и Рай земной Константина Мережковского, выдающегося злодея и растлителя, биолога и изобретателя, родного брата Дмитрия Сергеевича, лишенного Буниным нобелевских 300 тысяч долларов.