Апрель 2005 года

“Нам было уже за тридцать. Она, Лиля, выглядела на двадцать пять, и я ей говорил об этом, она смотрела с девчоночьим недоверием, смущалась, но молчала. Я не думал изменять жене, уговаривал себя не встречаться с Лилей, но меня к ней тянуло, и я всегда оказывался с ней как-то вдруг, так быстро и как бы даже не заметив этого, не успев опомниться. Я любил жену и знал, как трогательно она предана мне, у нее никого и не было, кроме меня — я стал целью и смыслом ее существования. Меня любила даже собака жены, любила с какой-то странной женскою силой, и поэтому у меня сжималась душа, когда я думал, что могу изменить им. Лиля чувствовала перепады моего настроения и этот страх моих остановившихся глаз”.

Она встретила его у подъезда нарядная, ей нужно было на встречу с бывшими одноклассниками.

— Пройдем до Ботанического сада?

— Да, пойдем.

Она поменяла доллары. Он дал ей свой паспорт, у нее не было документов. И она дрожала.

— Я недавно душ принимала, и холодно как-то.

— Да-а, ты разогрелась и сразу на холод.

— Джинсы одела старые, и, оказывается, потолстела я, в общем.

— Если хочешь похудеть, то пей понемногу вина и голод пройдет, а на ночь пей кефир.

— Видишь, значит, я толстая.

— Ну, нет.

— Замерзла, еще голову помыла.

— Ты голову мыла? — удивленно воскликнул он.

— Хороша я, по-твоему, — толстая, голова немытая.

— Нет, нет, я не к тому, можно простыть.

Вдруг она назвала его по имени с такой интонацией, что он вздрогнул.

— Радик, — сказала она. — Мне очень холодно, пойдем скорее назад, домой.

Она хотела взять его под руку, но отпустила. Шла и дрожала.

— Давай видео возьмем и посмотрим вдвоем?

— Давай, — он косился краем глаза на супермаркет.

— Нет, потом, холодно.