– Что ж, будь по-вашему.

Подвела растерянного Ваську Муратова к сундуку кованному, крышку откинула:

– Бери золота, сколько унесешь.

Глянули мы с дружком в открытый сундук, а там золота видимо-невидимо! Стал Васька карманы монетами набивать, за пазуху их сует, в сапоги, за подкладку пихает…

А красавица тем временем к шкафчику одному подошла и из него рюмочку достала, а еще – графинчик крошечный. Налила из графинчика жидкости какой-то голубоватой и мне рюмку протянула.

– Держи обещанное…

Трусом я никогда не был, а тут испугался. Вдруг отрава? Но Ваську-то она не угощает! Значит, не пробил еще мой час. Перевел я дыхание и выпил сладкую влагу. Постоял немного, подумал „Вроде, жив…“

А Васька, золотом нагрузившись, опять к молодке подступает:

– Ну, красавица, спасибо за подарок, а теперь давай побалуемся…

– Так-то вы слово держите… – прошептала опечаленная незнакомка. И, рукой взмахнув, ногой об пол топнула.

И что вы думаете? Исчез и дом, и его хозяйка пропала, а мы с Васькой Муратовым снова в лесу оказались. Стоим на поляне, как истуканы, и куда идти не знаем.

– Где наши лошади? – бормочет Васька. – Куда они сгинули?!

– А избушка с незнакомкой где? Не иначе, как под землю они провалились!

– Туда им и дорога, – бормочет Васька. – Золото при мне – уже хорошо!

Постояли мы с ним на поляне, постояли, да и пошли наугад на звезду вечернюю: в лесу-то уж совсем смерклось.

Вскоре к болоту вышли, да к такому, что не обойти его, не объехать. Впрочем, и объезжать нам его было не на чем, кони наши, увы, пропали. Срубили мы себе слеги, да и пошли с кочки на кочку скакать! Я ловкий, груза на мне лишнего нет, мне просто прыгать; а вот Ваське тяжело пришлось. Три пуда золота он, конечно, не набрал, а с пудик на себя навешал. Аршин десять проскакал, поскльзнулся. Я к нему! Пока на кочке укрепиться пытался, пока свою слегу ему тянул, Васька Муратов под болотную ряску ушел. Булькнул мне на прощанье пару раз – больше я его и не видел.