В руках у матери были остатки угощения с застолья: нетронутый кусок козлятины, сасими из мраморной улитки, фрукты с желтой мякотью. Увидев еду, которую я никогда в жизни не пробовала, я непроизвольно протянула руку. Мать шлепнула меня по ладоням.

— Если дотронешься до еды, которую не доела Камику, будешь наказана. Она теперь преемница госпожи Микура.

Я с удивлением посмотрела на нее. До сегодняшнего дня я была уверена, что преемница бабушки Микура она — моя мать Нисэра, бабушкина дочь. Мне казалось, что еще пройдет много времени до того момента, когда наступит наша очередь стать верховными жрицами. Но мать определенно сказала, что преемница госпожи Микура Камику.

Мать ушла выкинуть остатки еды. Я тоже отправилась на улицу и стала смотреть на звездное небо, размышляя о том, где и что сейчас делает Камику. Слова бабушки Микура тяжелым камнем лежали у меня на душе. «Ты можешь осквернить ее». Камику старше меня, и ничего не поделаешь с тем, что ей суждено стать верховной жрицей, а не мне. Но как я могу осквернить ее, оставалось для меня загадкой. Получалось, что я какое-то грязное существо. От волнения я плохо спала той ночью.

Камику вернулась наутро. Солнце уже поднялось высоко и становилось жарко. Увидев старшую сестру, я бросилась ей навстречу. Нарядное платье было слегка испачкано, а сама она выглядела изнуренной. Возможно, от бессонной ночи глаза у нее покраснели, а взгляд стал отсутствующим. Ноги были изранены, будто она ходила по каменистому берегу.

— Камику, где ты была? Что случилось? Что с твоими ногами? — воскликнула я, указав на ноги, но Камику лишь покачала головой.

— Я не могу тебе сказать. Госпожа Микура не велела мне никому говорить, где и что я делала.