Когда я с трудом опустил в него ноги, он стал раскачиваться из стороны в сторону, но стоило влезть в него с головой – оказалось, там очень уютно. Надорвав мешок по шву, я стал наблюдать за тем, что происходит: Эцуко, не зная, где меня искать, ходила взад и вперед по коридору, нерешительно открывала дверь спальни, потом туалета, потом, радостно вскрикнув, ворвалась в ванную и наконец сбежала по лестнице, выкрикивая мое имя, и скрылась в глубине дома. Сначала я изо всех сил сдерживался, чтобы не засмеяться, потом мне стало скучно, и я, наверно, заснул. Ночами я не спал – такая была у меня работа, поэтому и привык спать днем – интересно, сколько времени я проспал? Когда я проснулся, в доме царила странная тишина. Спустившись вниз и идя по широкому коридору с высоким потолком, я почувствовал, что у меня весь затылок в пыли. Я открыл дверь в столовую – Эцуко сидела перед стоявшим на столе неправдоподобно огромным тортом, залитым джемом.

– А, вот и ты, – сказала она сердито, увидев меня. И тут же веселым голосом заявила, что ни за что на свете не даст мне попробовать этот вкусный торт, печь который ее научила хозяйка.

– Ты со мной дурно обошелся. Теперь и я поступлю так же… Я еще вчера его испекла.

Не обращая внимания на ее слова, я стал просить хоть кусочек торта. Пока мы пререкались, я, выспавшись хорошенько, на самом деле почувствовал голод.

– Не дам. Сама все съем.

– Ну дай хоть укусить разочек.

Не успел я договорить, как она начала обеими руками заталкивать в рот кусок торта диаметром в восемь дюймов и, высунув язык, слизывать капавший с торта джем.

– Ой…

Тут уж я удивился по-настоящему. А она, шаловливо глянув на меня – в уголках ее губ налип джем, – рассмеялась.

– Ладно, откуси с этого конца, хочешь? – Она наклонилась ко мне с зажатым в зубах куском торта.

У меня не осталось времени для размышлений. Перемазанные джемом, мы стали целоваться.

Это случилось через три недели после отъезда подполковника Крейга.