— Перезахоронить бы Старика надо.

— Кто говорит? — Матвеев прекрасно понимал о каком Старике идёт речь, всё-таки родная деревня, земля слухом полнится.

— Да все говорят, а то сам не знаешь.

Председатель вскочил на ноги, возбуждённо заходил по комнате:

— Вы это… вы того… вы прекращайте антисоветчину разводить! Кто ещё об этом знает?

— Все знают, все шаманы знают…

У председателя округлились глаза, как у русского:

— Какие такие шаманы?!

Харлампиевна поняла, что ляпнула что-то лишнее, но виду не подала. На всякий случай хмыкнула:

— Х`м, а то сам не знаешь…

Судя по всему — она попала в точку: глава успокоился, прекратил бестолковое хождение, сел на своё место и закурил:

— Это, ты, верно говоришь, Варвара. Засуха, план не выполняем, люди болеют, уезжают, падёж скота…

— Проклято наше село — Старик проклял, перезахоронить бы нужно…

— М-дя… — согласился было Матвеев, но опомнившись, одёрнул сам себя: — великая октябрьская социалистическая революция не для того совершалась, чтобы всякие там шаманы с попами диктовали нам свои условия! Ты знаешь, что есть такое — политическая бдительность?

— Вредителей ловить что-ли?

— Политическая бдительность — есть правильное понимание текущего политического момента! Понятно?

— Понятно! — на самом деле доярка ничего не поняла: — так ведь шаманы-то не — вредители, они наоборот пользу хочут колхозу принести…

Председатель сделал вид, что не услышал Варвару, продолжил:

— …Великий вождь и учитель отделил церковь от государства, мы ведём беспощадную борьбу с пережитками прошлого…

Харлампиевна проявила политическую грамотность:

— Однако товарищ Сталин — мудрый человек…

— Конечно мудрый, — умиротворённо согласился глава, — самый мудрый во всём мире — это только великий товарищ Сталин!..