Обстоятельства сложились так, что закончить учебу ему не удалось и он вернулся домой без диплома. Георгис страдал оттого, что не может приносить обществу существенной пользы и обречен на безрадостную долю мелкого землевладельца, прикованного к винограднику да десяти оливам, которые остались ему в наследство от отца. При первом же случае он продал свой надел и решил осуществить заветную мечту — приступить к изданию еженедельной газеты «Борьба», которая должна была стать «трибуной реформ и прогресса».

Лет двадцать спустя, ожидая своей очереди в приемной Аргиропулоса и лениво перелистывая один из лежавших на столе журналов, он вдруг натолкнулся на имя Галатии Казандзаки. В бытность свою студентом Афинского университета Георгис вместе со своим знакомым, критянином, земляком Галатии, бывал в доме этой писательницы. Там он познакомился и с другими литераторами, все они были молодыми и образованными, писали стихи и рассказы, а кое-кто успел издать свои первые книги. Вернувшись в провинцию, Дондопулос поначалу следил за творчеством афинских друзей, но потом стало не до этого: и книги, и писатели постепенно забывались, и в конце концов память сохранила только две или три фамилии. Увидев в журнале рассказ Галатии Казандзаки, Дондопулос оживился и принялся за чтение. Уже одно это было теперь настоящим подвигом — в последние годы Георгис не читал ничего.

Рассказ его захватил. Девушка по имени Фани жила с матерью, служила в конторе, и ее заработка едва хватало на хлеб. Как-то раз мать заболела, и Фани повела ее к врачу. Денег не было — ни на визит, ни на лекарства, тем более — на больницу. Врач осмотрел старушку, окинул взглядом Фани, которая была молода и хороша собой, и вызвал машину, чтобы больную отправили в его клинику. «Надеюсь, и вы, мадемуазель, окажете мне небольшую любезность», — сказал он Фани на прощание. «Все что угодно», — ответила Фани, но, когда дня через два врач пригласил ее к себе, она не пошла, и ее мать выгнали из клиники.