Казалось бы, определить, что такое фантастика, это так просто!

Но попробуйте-ка провести границу между «реалистическим» произведениеми «фантастическим», отделить «правдивое отражение действительности» от«вымысла», яви от сна! Сплошь и рядом фантастика погружена в обыденное, илинадо сказать иначе: обыденность погружена в фантастическое?..

Почти полтора столетия назад Достоевский (реалист? фантаст?) размышляло «фантастических» рассказах Эдгара По: «Он почти всегда берет самуюисключительную действительность, ставит своего героя в самое исключительноевнешнее или психологическое положение, и с какою поражающею верностиюрассказывает он о состоянии души этого человека!»

Эти слова процитировал в своей книге «Проблемы поэтики Достоевского» М.Бахтин и, определяя главную особенность творчества великого русскогороманиста, переадресовал их самому Достоевскому. Но будет ли большим грехом,если переадресовать их и аргентинцу Хулио Кортасару (любившему иДостоевского, и Эдгара По)? Ведь и его главная задача: рассказать «споражающею верностию о состоянии души человека» — в какое бы«исключительное внешнее или психологическое положение» он ни поставил своихгероев.

Как понимал «фантастическое» сам Кортасар?