А среди кортасаровских героев были не только люди. «Если произвестисвоеобразный статистический подсчет животных среди образов, созданных мной,то число это окажется огромным. Начать хоть с того, что первый мой сборникрассказов называется „Бестиарий“. Нередко у меня люди представлены в видеживотных или показаны „с точки зрения“ животных… Моя территорияфантастического действительно кишмя кишит животными. Я думаю, что это имееткакое-то отношение к области бессознательного, потому что у меня встречаютсяюнгианские архетипы. Тема быка, тема льва… Меня в животном мирезавораживает — особенно на низшей его ступени, скажем, в царстве насекомых,— то, что там я сталкиваюсь с чем-то, что живет своей жизнью, но со мной неимеет никакой связи… И до сих пор не разгадана загадка улья, тайнамуравейника, которые сами по себе тоже представляют социальную структуру, нотакую, которой не знакомо понятие истории… Это значит, что животныеразвиваются вне времени — ведь история-то помещена во временной контекст —и до бесконечности повторяют одни и те же движения. А зачем, почему?»

Снова — «детские» вопросы Кортасара.

Все разнообразные миры могло объединить — конечно, кроме Бога —искусство. То искусство, где царит «роковая свобода» — свобода творца.

И, пожалуй, наиболее интересно сплетены реальность и вымысел в«буэнос-айресских рассказах» Кортасара («Оркестр», «После завтрака», «Здесь,но где, как», «Фазы Северо», «Во второй раз», «Записи в блокноте», «Танговозвращения»). Город, из которого он уехал в 51-м и который остался в«памяти сердца», что, как известно, «сильней рассудка памяти печальной», описан реалистическии точно до мельчайших подробностей (столь милых сердцу автора) — и в то жевремя фантастически