— Нет! Другие против секса, когда речь идет об их детях. А наши в принципе против секса.

Другие отцы и матери, считала Билли, сказали бы просто: «Нечего, мол, малолетнему сыну болтаться по кустам».

— Но наши,— Билли постучала себе по лбу,— наши умрут от стыда, произнеся что-то подобное. Клянусь! Они просто немеют, когда речь заходит о сексе.— Потом она вопросительно посмотрела на меня: они тебе уже что-нибудь объясняли?

— Я покачал головой.

— Вот видишь! — возмутилась Билли.— Даже ничего не рассказывали!

Тут из соседнего переулка появилась Ирена Тушек, подружка Сибиллы, и мы закончили разговор.

Откровенно говоря, сестра была не совсем права. Год назад папа пытался мне кое-что объяснить.

— Эвальд, хочу с тобой поговорить,— сказал он, когда мы как-то раз остались наедине. Говорил он так, будто у него заболели зубы. Я было испугался, подумал: произошло что-то ужасное с бабулей, например, или с бабушкой (бабуля — мамина мама, бабушка — папина). Или у нас нет денег даже на еду или отпуск. Или мы должны переехать в другой город. (Такое уже было много лет назад. Папе предлагали повышение. Слава богу, оно досталось его коллеге.)

Я облегченно вздохнул, когда папа наконец-то связно проговорил, что я теперь в таком возрасте, когда нужно знать о разнице между мужчиной и женщиной. Я обрадовался, что обе бабушки здоровы, мы не нищие и переезжать не надо. Но тут же заметил, что папа мнется, заикается, бормочет что-то об увлечениях и поцелуях. Тогда я его успокоил: объяснять, мол, ничего не надо, нам рассказывали об этом в школе. Но это была неправда. Нам объясняли только, что дети растут в животе и как они появляются на белый свет. И еще про семена и про оплодотворение рассказывала учительница. А вот что делают мужчины и женщины, когда хотят завести ребенка или не хотят, нам не рассказывали. Очень хотелось бы узнать и об этом, но не от папы, который метался по комнате, как лев с больным зубом, и через каждое слово вставлял: «Э-э...