Сначала воспоминания о родителях мешались с другими воспоминаниями: тощий учитель выхватывает у нее из рук карандашный рисунок и рычит:

— Надо же было дать это задание такой бездарной дуре!

Мальчик по имени Фредди, на которого она случайно натыкается, торопливо стирает с забора написанные мелом слова и, когда он убегает, она с холодным сочувствием читает то, что он так лихорадочно стирал: Кэтрин любит Фредди. Потом отец:

— Скажи, Кэтрин, дети у вас в школе говорят о всяких непристойностях?

Одна-две вечеринки и сшитое мамой цветастое шифоновое платье. Отец, посылающий ее к соседям — забрать пятицентовик, который она одолжила школьной подруге. И мать:

— Едва ли, моя дорогая, папа одобрит дружбу с этой маленькой девочкой. Джейн. Если бы мне нужно было с ней поговорить, я бы очень тактично…

И она сама, однажды возвращается домой известной художницей, с букетом гардений, с секретарем, сходит с поезда, а на платформе уже толпятся жаждущие автографа. Среди них Фредди, он пробирается вперед, а она, глядя немного в сторону:

— Боюсь, вы ошиблись. Я никогда не любила человека по имени Фредди.

Самая длинная в классе, худющая, она говорит другим не имеющим успеха девчонкам на перемене:

— Мне папа не разрешает гулять с мальчишками. Вы-то знаете, что они вытворяют!

И, наконец, оставшись после уроков с красивой молодой учительницей:

— Вам нравится Мэри Робертс Райнхарт, мисс Хенвуд? По-моему, она потрясающая писательница.

Девчонки в школе называли ее "Кэтти", учителя и родители — "Кэтрин", девушки в конторе — "Кейти" или "Китти", а Эрон звал ее "Cara".

"Кэтти оборванка, глупая болванка". Кэтрин не забыла, как дразнилку выкрикивали на школьном дворе и передавали в записочках по партам, не забыла и теперь, откинувшись на мягкую спинку кресла и положив ноги на мертвый мамин чемодан, она прокручивала ее в голове, глядя вниз на поток машин под окном и зная, что завтра ее ждет работа и неоплаченный счет.