Мистер Хара удивленно посмотрел на свою папиросу,
– От имени Адмиралтейства?
– Уж не полагаете ли вы» что Форин Офис может обеспечить безопасность судов, плавающих под британским флагом? – в голосе мистера Джонса прозвучала ирония, смешанная с искренним удивлением. – Защита британских интересов и поддержание порядка всегда возлагалось на Королевский флот.
Мистер Хара с удовольствием затянулся и только потом опросил:
– Но что же тогда делает министерство иностранных дел?
Мистер Джонс снисходительно объяснил:
– Оно занято, в общем-то, тем же самым. В кабинетах и залах. А в море действуем мы, Королевский флот. Это наша святая обязанность. Чего стоят дипломатические ноты, не подкрепленные орудийными стволами?
Мистер Хара промолчал. Мистер Джоне раскурил сигару и несколько брюзгливым тоном продолжал:
– Но кто это может быть? Кто распускает подобные слухи? И вас все это может сказаться на наших приготовлениях?
– Простите, но я ничего не могу добавить к уже сказанному.
Мистер Джонс с отвращением посмотрел на дымящуюся сигару и отбросил ее. Пододвинув кресло поближе, он тихо спросил:
– Вы привезли то, о чем я вас просил?
– Бумагу за подписью посла?
– Да.
– Нет, извините.
Мистер Джонс резко выпрямился в кресле.
– И на что же вы рассчитываете?
Улыбнувшись одними уголками губ, так, что можно было подумать, будто улыбка эта просто померещилась, мистер Хара объяснил: