Худой недоверчиво покачал головой:

- Его, наверно, уже ищут.

Толстяк презрительно усмехнулся:

- Ищут! В Варшаве на вокзале. А уж никак не тут. Кому это взбредет на ум, чтобы такой сопляк мог сам уехать из Варшавы?

Но Худого это ничуть не утешило.

- Чересчур уж ты умный! - крикнул он шепотом.

- Для тебя наверно, - усмехнулся Толстяк.

- А... а деньги мне отдашь? - уже смиренно спросил Худой.

- Нет, - решительно сказал Толстяк, - потому что ты все сразу пропьешь. Могу тебе самое большее взять еще бутылку пива. Одну.

Худой вздохнул, видимо поняв, что ничто ему не поможет.

- В другой раз, - сказал он, - старую газету тебе не доверю, не то что краденые деньги! Сколько я страху натерпелся из-за них, и все зря! Ну, ладно, давай уж два злотых на пиво.

- Краденое впрок не идет, - хихикнул Толстяк. - На.

Худой еще раз вздохнул и пошел к буфету за пивом. Звук его шагов разбудил спавшего на скамейке мальчика. Он снова поднял голову и спросил:

- Мамочка еще не пришла?

- Нет, деточка, - сказал Толстяк.

Мальчик совершенно проснулся, сел и поправил сползший на ухо беретик.

- Тогда я сам к ней пойду, - вдруг заявил он.

Толстяк сделал страшное лицо:

- Боже тебя сохрани, деточка. На дворе холодно, темно, там волки ходят и могут тебя съесть. Мамочка сейчас сюда приедет. А ты пойдешь ее искать - сам потеряешься. Что тогда будет?

Убежденный его доводами, мальчик кивнул головой:

- Тогда будет плохо. Лучше я еще подожду.

Толстый мужчина вздохнул с облегчением и вытащил из кармана спички.

- На, - сказал он, - построй себе колодец.

- А можно два? - спросил мальчик.