Владелец выглянул в окно, убедился, что машина на месте, и лег спать, а в шесть часов утра он проснулся… Погоди, меня поправляют… Проснулся с ужасным предчувствием, подбежал к окну и увидел, что машина исчезла. Он сразу же опросил соседей по дому… Можешь записать адрес: Гоголя, пятнадцать, двухэтажный дом… Соседи якобы не слышали ночью никакого шума, хотя обычно всегда указывали Галкину на то, что его машина превышает допустимые децибелы. Галкин считает поведение соседей подозрительным: они могли видеть похитителей, но не стали препятствовать и даже ликовали, предвкушая, что Галкина утром ждет удар… Погоди, тут меня поправляют… У Галкина гипертония. По данным на семь часов утра, давление двести двадцать на сто пятьдесят… это опасно для жизни… — Посторонние возгласы зазвучали громче. Фомин понял, что информацию корректирует сам владелец «Запорожца». — У меня все, — закончил лейтенант приглушенным голосом. — Значит, угон. Будем искать.

— Желаю успеха! — Фомин решил было приписать к случаю на Фабричной сведения о белом «Запорожце», но передумал. Не надо валить все в кучу. Угон — самостоятельное дело.

Опять зазвонил телефон.

— Милиция? Говорит Матвеева, главный врач больницы.

— Галина Ивановна! — обрадовался Фомин. — Здравствуйте. А я собирался вам звонить.

— Коля? Фомин? — У Галины Ивановны была удивительная память на пациентов. Она оперировала Фомина лет пятнадцать назад, можно сказать, вытащила с того света — его привезли из лагеря с гнойным аппендицитом.

— Галина Ивановна, я! Как там потерпевший? Пришел в сознание? Может говорить?

— Не может! — отрезала она.

— Умер? — вырвалось у Фомина.

— Типун тебе на язык! — прикрикнула Галина Ивановна. — Жив, но пока еще плох. Станет лучше — позвоню.

— Примерно когда?

— Тебе что было сказано? Позвоню!

Фомина заело любопытство: «С какой же целью она позвонила сейчас?» — но спросить Галину Ивановну он не решился, знал ее характер. Только предупредил: